Юридически бессмысленные декларации о правах человека и гражданина

К числу “социально-экономических прав” обычно относят некоторые декларации о положении индивида в обществе и декларации о намерениях государства в области социально-экономической политики, не порождающие права, которые можно защитить в суде.

В ч.1 ст.37 Конституции декларируется право каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Если его рассматривать как личное право в смысле status negativus, то оно ничего не добавляет к праву на свободу, гарантированному в ч.1 ст.22 Конституции (например, уже из ч.1 ст.22 вытекает, что обязанность выпускника ВУЗа работать в организации, оплатившей его обучение, может быть предусмотрена только законным договором, и в случае нарушения этой обязанности применяются общие правила ответственности за нарушение договорных обязательств). Человек вправе свободно распоряжаться любыми своими способностями (если при этом не нарушаются права других лиц), а не только способностями к труду. Причем труд как таковой запретить нельзя. Вместе с тем, свобода распоряжаться способностями к труду сама по себе не создает трудовых отношений, которые регулируются трудовым правом, не порождает обязанность работодателей нанимать работника в соответствии с его свободным выбором рода деятельности и профессии. Наем на работу определяется потребностями в рабочей силе определенной профессии и квалификации. Из свободы выбирать род деятельности и профессию не вытекает обязанность государства выплачивать пособие по безработице лицам, согласным работать по найму только по избранной профессии. Иначе говоря, в силу ч.1 ст.22 Конституции у человека есть право на свободный выбор профессии, но нет и не может быть защищаемого судом конституционного права быть принятым на работу именно по выбранной профессии.

“Право на жилище” в смысле ч.1 ст.40 Конституции (“Каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища”) имеет смысл лишь в том случае, если оно предполагает безусловную обязанность государства бесплатно предоставлять жилище каждому, кто в нем нуждается (по праву человека нельзя произвольно лишать не только жилища, но и любых социальных благ). Однако такая обязанность государства невозможна, тем более в современной России, так как невозможны безусловные притязания на бесплатное получение от государства (фактически – от общества) любых социальных благ – за исключением судебной и полицейской защиты свободы, безопасности и собственности, ради которой и существует государство. Например, в обществе, переживающем экономический кризис, ведущий к существенному сокращению производства и обнищанию значительной части населения, просто не может быть достаточно средств для предоставления жилища всем нуждающимся. Поэтому “право каждого на жилище” в Конституции подтверждается лишь декларацией о намерениях социального государства: “Органы государственной власти и органы местного самоуправления поощряют жилищное строительство, создают условия для осуществления права на жилище” (ч.2 ст.40). Из этой декларации не вытекают никакие права по отношению к государству, которые можно защитить в суде. Названные здесь органы несут лишь политическую ответственность за то, как именно они поощряют жилищное строительство и т.д. Получается, что “право на жилище” гарантировано лишь в том смысле, что каждый вправе приобрести жилье в собственность или арендовать его. Но в таком случае наличие в Конституции положения о том, что “каждый имеет право на жилище” равносильно его отсутствию.



Те же соображения относятся к декларации о том, что “каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь” (ч.1 ст.41 Конституции). Если имеется в виду гарантированная платная медицинская помощь, то наличие этой декларации равносильно ее отсутствию. Содержащееся же в ч.2 ст.41 пространное повествование о том, что “в Российской Федерации финансируются федеральные программы охраны и укрепления здоровья населения” и т.д. и т.п., не имеет никакого отношения к конституционно-правовым текстам. Сюда же примыкает декларация ч.1 ст.38 Конституции о том, что материнство и детство, семья находятся под защитой государства.

Аналогичные (в юридическом смысле) декларации содержатся в ч.2 и ч.3 ст.38 Конституции, в которых говорится о праве детей на заботу и воспитание со стороны родителей и о праве нетрудоспособных родителей на заботу со стороны трудоспособных детей, достигших 18 лет. По существу здесь формулируются моральные обязанности заботы о детях и родителях, что не имеет никакого отношения к конституционному праву. Максимум, что можно здесь сделать с позиции права – обязать законом трудоспособных совершеннолетних детей содержать своих нетрудоспособных родителей.



Условные социальные права

Это либо “права-привилегии”, которые предоставляются законодателем определенным категориям членов общества, находящимся в социально-экономически невыгодном положении, либо октроированные “права”, которые формально гарантируются каждому, но их фактическая реализация полностью зависит от экономической ситуации в обществе и политики конкретного правительства. Во всех вариантах эти условные права реализуются как получение от общества и государства определенных социальных благ, количество и качество которых определяется государством произвольно (в нейтральном смысле). Не может быть безусловных притязаний индивидов на эти социальные блага. Так, привилегии для социально слабых устанавливаются произвольно и столь же произвольно реализуются – в зависимости от реальных возможностей государственного бюджета.


zabluzhdenie-sostoyashee-v-postroenii-antagonisticheskih-ponyatij.html
zabluzhdeniya-v-poiske-voli-boga.html
    PR.RU™